Сидельцы

Если речь идет о том, чтобы помогать и жертвовать, то охотнее всего жертвуют на маленьких детей. Потому что дети милые, безгрешные и беззащитные. Можно сделать им «сю-сю» или «бо-бо», потрепать по щечке, поулыбаться, поцеловать их в лобик. Гораздо тяжелее жалеть и миловать стариков. Беспомощных, потерявших силу и красоту, временами вредных и ворчливых, отталкивающих запахом или внешним видом и далее по списку. И еще тяжелее жалеть заключенных, «зэков» по советской терминологии. «Раз сидят, значит, виновны. Чего их жалеть?» – скажет обыватель и будет отчасти прав. Отчасти.
В Москве когда-то жил доктор Гааз, нашедший покой на Введенском (Немецком) кладбище столицы. Он был главным врачом московских тюрем и очень сострадал заключенным. «У Гааза нет отказа», – говорили на Москве о добром сердце этого обрусевшего немца. Доктор всячески пытался облегчить участь осужденных, в особенности участь конвоируемых в кандалах на далекие расстояния. С этой целью доктор ходатайствовал о несчастных перед властями и митрополитом Московским Филаретом. Святитель однажды, услышав от Гааза, что среди осужденных могут быть невиновные, сказал: «Они осуждены, следовательно – виновны». Гааз воскликнул: «Владыко, вы забыли Христа!» И действительно, Христос был осужден, но при этом совершенно невиновен. Филарет смирился и произнес: «Нет. Это Он меня забыл».

В тюрьмах сидели многие святые. Сидел Иосиф Прекрасный, оклеветанный хозяйкой в попытке изнасилования (см.: Быт. 40). Сидел Иеремия. Причем не столько в тюрьме, сколько в зиндане, то есть яме. О таких заточениях можно подробно узнать по хроникам кавказских войн, ибо такие формы заключения и сейчас широко в ходу. Если Иосиф сидел за целомудрие, то Иеремия – за правдивые и неприятные пророчества. Перед смертью через отсечение головы последние дни в тюрьме провел Иоанн Предтеча. А святым мученикам, перенесшим темничное заключение за веру и правду в христианскую эпоху, воистину нет числа. Начиная от времен Нерона и до масштабных репрессий в Стране Советов, множество святых прошли через мрак тюрьмы за исповедание веры. Ели баланду, томились в переполненных камерах, мучились неизвестностью будущего, терпели ежедневные унижения. Так что фраза: «Сидит, значит, виновен» – в истории оправдывается далеко не всегда.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *