Что есть истина?

Философия, в отличие от науки, видит благо в познании истины. Философия является наукой по существу рациональной, истина, в конечном счёте, есть плод наших логических умозаключений, построенных на определённых постулатах, и использующих в качестве материала наши слова, понятия. Недаром говорят: сколько философов – столько и философий. Постулаты могут быть различными, истина как вывод логический сейчас уже вряд ли кого удовлетворит. Поскольку посылки разные – разные и выводы. А как можно говорить о достоверности посылок? Что означают наши слова и понятия? Философия ищет истину на пути того, что в философии называется дискурсивным мышлением.
Любая философская система, если она претендует быть системой, – я говорю о классических системах, не тех, которые появились сейчас, – сразу попадает в тяжёлое положение. Поиск истины происходит на пути человеческих рассуждений. А чем я могу доказать, что моё мышление способно быть истинным? Ничем, я своё мышление могу оценивать лишь с помощью своего мышления. Замкнутый круг. Или мы должны найти какие-то принципы, вне нас лежащие, и на них основываться, или, если мы не хотим такими оперировать, то попадаем в этот порочный круг неспособности обосновать истинность своего мышления через своё мышление.
Те понятия, которые используются в философии, очень расплывчаты и неопределённы. Что такое жизнь, человек, бытие, дух, Бог, свобода? Гейзенберг верно говорил, что те понятия, которые мы употребляем, не могут быть точно определены. Поэтому с помощью рационального мышления мы никогда не сможем прийти к познанию абсолютной истины.
Что ни слово, то разные смыслы. Как же мы можем рассуждать? “Методист” – это кто такой? Тот, кто преподаёт методику. Другой скажет: нет, это такая конфессия религиозная.
Если брать философию как систему, то, начиная с Гёделя, наша научная и философская мысль оказалась в трагическом положении. В своей второй теореме о неполноте формальных систем Гёдель прямо показал, что ни одна система не может доказать свою истинность, не выходя за границы самой себя. Мы оказываемся в рамках неопределённости, философия как наука не может нам предложить ничего определённого. Она должна выйти за самоё себя, но куда?..
То благо, о котором говорит философия, поиск истины, оказывается под большим вопросом. Вопросом, который задал Пилат: “Что есть истина?” Он был искушён в этом. Греческая философия прошла интересный путь развития от милетцев до стоиков, неоплатоников, – правда, последних тогда ещё не было, – но стоицизм был одной из ведущих систем. И скепсис как таковой показал со всей силой, что говорить об истине не приходится, мы не знаем, о чём говорим, некий икс.
Философия хорошо говорит, что благо есть поиск истины, но когда возникает вопрос “что такое истина” – философия замолкает. Современная философия прекратила даже ставить этот вопрос, занялись другими проблемами: философия культуры, экзистенциализм, они пытаются понять сущность бытия совершенно с других сторон, не касаясь онтологии, понимая только на феноменальном уровне. Философия культуры изучает культуру, и пытается делать выводы о человеке из этого изучения: что он есть, чем живёт.
Этот феноменологический подход ничего не даёт. А экзистенциализм весь погружается в себя, в человека, полностью изолирует себя от бытия как такового, потому что бытие враждебно. В результате мы оказываемся и без бытия, и без истины.
Итак, если наука не может предоставить доказательных обоснований своей истинности, если философия, как во все времена, представляет из себя нечто неопределённое, расплывчатое, и по существу не могущее сказать конкретное, достоверное, то невольно мы обращаемся к третьей реальности, духовной силе – к религии.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *